В недавно опубликованном исследовании было выявлено три гена, предопределяющих депрессию: именно они связаны с генетическим наследием заболевшего человека. Эта предрасположенность пересекается с опытом, полученным человеком в молодости, до конца подросткового возраста, и связанным с наиболее значительными стрессовыми переживаниями: несчастными случаями, утратами, домогательствами и агрессией.

Вы постоянно грустите, замыкаетесь в себе, у вас меняется режим сна и режим питания. Вам трудно сосредоточиться, вы не удовлетворены своей повседневной жизнью и жизнью в целом, начинаете даже задумываться о смерти. Вот некоторые симптомы депрессии, и в одной только Италии насчитывается 3 миллиона диагностированных случаев этого заболевания. Индро Монтанелли (Indro Montanelli) называл депрессию демократичной болезнью, потому что с ней может столкнуться любой человек вне зависимости от его социального положения, богатства и известности. Однако биологические основы депрессии все равно до конца не ясны.

В исследовании, недавно опубликованном в научном журнале «Молекулярная психиатрия» (Molecular Psychiatry), выделили три гена (FoxO1, A2M и TGF- β1), благодаря которым можно спрогнозировать склонность к депрессии, так как именно они относятся к генетическому наследию самого человека.

В исследовании подчеркивается, что предрасположенность к депрессии пересекается с полученным в более раннем возрасте (вплоть до конца подросткового возраста) негативным опытом, связанным с сильным стрессом. Это могут быть переживания в результате издевательств, насилия, причастности к какому-то дестабилизирующему общество событию — войне, теракту. Таким образом, депрессия может быть связана с нашим прошлым и едва ли не продиктована с самого нашего рождения.

Сейчас следующий шаг состоит в попытке понять, каким образом эти гены определяют нашу уязвимость и негативно взаимодействуют с окружающей средой, событиями в семейной жизни, с повседневной жизнью в целом: все это может привести к поиску новых молекул, разработке новых лекарств, новых подходов в психотерапии, нацеленных на борьбу с депрессией и предотвращению ее развития. Если в ходе этого исследования ученые придут к ожидаемому результату, в будущем специалист сможет назначать пациенту с определенной клинической и личной историей специфические анализы, способные выявить наличие этих генов, что, таким образом, позволит разработать наиболее подходящую человеку схему лечения.

 

 

В докладе Итальянского фармацевтического агентства сообщается о распространенности этой болезни в Италии и о редком применении терапии: две трети пациентов не получают никакого лечения. Слишком часто страдающие этой болезнью люди стыдятся ее. 

Это исследование появилось в Италии благодаря Аннамарии Каттанео (Annamaria Cattaneo), руководящей лабораторией биологической психиатрии Научно-исследовательского клинического института Фатебенефрателли города Брешии, но в нем приняли участие и многие другие исследователи и организации: лондонский Королевский колледж (King’s College), мюнхенский Институт Макса Планка (Max-Planck), Университет города Хельсинки, Университет Милана и медицинский факультет Университета Эмори, штат Атланта.

«Неизвестно, является ли обязательным совпадение этих генов и развитие депрессии, — говорит Каттанео. — Поэтому мы используем слово „уязвимость“, ведь происходящие в нашей голове события также имеют определяющее значение, но вероятность предрасположенности следует рассмотреть с предельным вниманием. Очень часто мы слышим, что во взрослом возрасте у человека произошло какое-то новое событие, и оно послужило своего рода триггером, последней каплей. Люди смогли пережить эту ситуацию до определенной степени, а потом что-то вывело их из выстроенного на очень хрупкой основе равновесия. Это мог быть развод, очень глубокое любовное разочарование, утрата члена семьи, потеря работы, несчастный случай — в целом, какое-то лишение или утрата».

Депрессия — сложная болезнь, где свою роль играют самые разнообразные факторы. Так, в другом исследовании, также недавно проведенном в университете Бингемптона — государственном университете штата Нью-Йорк, говорится, что недостаток ночного сна усугубляет риск возникновения тревоги и депрессии: подопытные пациенты сосредотачиваются на негативных мыслях и чаще всего замыкаются в себе.

«После выявления этих генов, — продолжает Каттанео, — мы их протестировали благодаря сотрудничеству с институтом Макса Планка и университетом Хельсинки, где мы смогли проанализировать экземпляры генов 4971 пациента, пережившего травмирующий опыт в подростковом возрасте, и 384 пациентов, разделенных с родителями в раннем возрасте из-за Второй мировой войны. Более того, мы должны помнить, что депрессии подвержен не только мозг. Она негативно сказывается и на всем остальном организме: ослабляет его, делает уязвимым для разных болезней, которых при иных обстоятельствах если и нельзя было бы избежать полностью, но, вполне вероятно, они имели бы меньшие последствия. Вот почему мы хотим понять, как меняется реакция на стресс в зависимости от взаимодействия с генами и окружающей средой. Это позволит дойти до самых основ и действовать, отталкиваясь от первичных механизмов».